Слово на вечерне Прощеного Воскресенья

Начинается покаяние, святое и великое покаяние. Как надо начать его, этому научает Сам Господь Иисус Христос, ибо сказал Он: Если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный; а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших (Мф. 6, 14–15). Видите, какое безусловное требование, какое необходимое условие: не простит Он нам, если прощать не будем.

Как исполнит Он прошение наше в молитве Господней? Именно так оставит нам долги наши, как мы оставляем должником нашим. Если простим от всего сердца – и Он простит; если не простим, – и Он не простит, ибо слова Его непреложны. Закон прощения ближним – великий, святой закон.

Может ли человек, подлинно преданный Богу, любящий Христа и идущий за Ним, может ли такой человек таить в сердце своем зло? Конечно, нет! Если таит зло, нет любви в сердце, значит, совсем, совсем не исполняет он закона Христова, закона любви. Ибо заповеди: Не укради; Не послушествуй на друга твоего свидетельства ложна; Не пожелай жены искреннего твоего и все другие заповеди заключаются в одной: Люби ближнего твоего, как самого себя.

Любовь – исполнение закона. Разве не зло творим мы ближнему, если не прощаем грехи его? Разве это любовь, разве не значит, что не исполняем мы заповедей Христовых? Как же смеем каяться, приходить к Святой Чаше?

Ныне установлен Церковью обряд прощения – Прощеное воскресенье. Вы пришли во множестве, чтобы исполнить этот обряд; пришли не только потому, что сегодня торжественное богослужение, что интересует это богослужение вас, а потому, что хотите исполнить обряд прощения.

Всякий обряд должен быть выражением того, что в сердце человека. Если Церковь призывает исполнить этот обряд, то напоминает этим нам, что в сердце должна исчезнуть злоба, ненависть против братьев наших, ближних наших, подлинно от всего сердца должны мы простить ближним.

Не только нужно кланяться в землю и целовать – нужно, чтобы из сердца изливалось искреннее прощение и просьба о нем. Это великое дело, за неисполнение которого Господь отвергнет нас, не простит и наши грехи.

Вчера праздновали мы память святого Никифора, который жил в одном из малоазиатских городов. Был он в дружбе с Саприкием – священником. Они были истинными друзьями, но, как нередко случается, дружба их превратилась в ненависть: пресвитер возненавидел Никифора. Никифор смиренно просил прощения, неотступно ходил за Саприкием и просил простить. Саприкий не прощал. Настало гонение на христиан. Священника подвергли истязаниям и мукам – он претерпел их. Когда его повели на казнь, несчастный Никифор побежал вслед и бросился на колени, умоляя: «Мученик Христов, прости меня!» Саприкий и тут не простил. Пришли на место казни, шел и Никифор. Когда должны были отсечь голову Саприкию, он вдруг закричал, что готов отречься от Христа – и отрекся: благодать Божия оставила его, потому что он не простил. Никифор исповедал свою христианскую веру и просил убить его вместо Саприкия. Он причтен к лику святых. Так безмерна сила прощения, так страшен ужас непрощения грехов ближним нашим!

Много ли нужно для прощения? Сказать четыре слова: «Брат мой, прости меня!» Просто, но язык не поворачивается у людей их произнести. Кто держит язык? Сам диавол, ибо он знает, как велика сила прощения, сила исполнения закона Христова. Диавол держит язык, и мало-мало таких, которые могут разорвать эти путы, могут промолвить эти простые четыре слова.

Если хоть раз попробует человек произнести эти слова, то начнет сразу преображаться сердце его, сейчас же почувствует тихую радость. На устах его появится чистая, кроткая улыбка, мир Божий сойдет в сердце его. Если два-три раза поступит так, привыкнет просить прощения у ближних своих, тогда будут развязаны путы языка его, и с каждым разом легче и легче будет ему произнести эти слова.

Нужно не только прощать, но и просить прощения. У монахов испрошение прощения – первая и священная обязанность. Каждого новоначального монаха старец научает произносить эти слова.

Все монахи должны на любой укор, оскорбление, даже удары ответить поклоном и словами: «Прости меня!» Были монахи, проникнутые насквозь этой заповедью прощения, были такие, на которых возводили тяжкие обвинения в разврате, в соблазне женщин. Когда призывали к ответу такого монаха, он не оправдывался, низко склонял голову и говорил: «Простите, братие!» Бывало так, что непривыкший себя оправдывать до конца жизни жил под клеймом развратника и блудника. Лишь перед смертью или после смерти открывалась невинность его.

Приступим же к искреннему взаимному прощению; будем помнить, что нельзя приступать к покаянию, нельзя начинать пост, не исполнив этого требования Христова. Пришло время пробудиться от сна, сна греховного, в котором мы забыли о покаянии, о прощении. Пришло время вступить на светлый путь покаяния и поста.

Ночь прошла, а день приблизился (Рим. 13, 12). Ночь прошла, день приблизился: прошла ночь неведения, ночь, в течение которой мы жили во тьме, в глубокой тьме, пока не рассеял ее Христос, пока не взошло Солнце Правды. Приблизился вечный день блаженства – блаженства праведных в общении с Богом.

Приготовимся к этому дню, отринем сон, потянемся всеми силами души нашей к Солнцу Правды – Христу Богу нашему, простивши ближним согрешения – и благословит вас Господь и простит нам согрешения наши!

Аминь.