Вы читаете фрагмент, полная версия доступна на сайте партнера - litres.ru. Купить за 69.90 руб.

Глава 1
Счастливый человек

Насвистывая, Таг Эндерби ехал по тропинке. Иногда, переставая свистеть, он принимался петь. Несмотря на пустые карманы, на сердце у него было легко. Вместо лошади под ним брела ободранная карикатура, но он все равно уверенно сидел в седле. Больше того, за целый день во рту у Тага не было и макового зернышка, а он не унывал. Ведь до новой лошади, полных карманов и изобилия еды оставалось не более мили.

Эндерби свернул с тропинки и въехал в сосновый лес. Высокие деревья обступили его со всех сторон, образовав над головой мрачную зеленую завесу. Ни солнце, ни ветер не могли пробраться сквозь нее. Всадник и его лошадь погрузились в удушливое облако тепла, однако Таг по-прежнему продолжал петь.

Неожиданно из-за дерева появился человек с винтовкой наперевес.

– Привет! – резко крикнул он. – Это ты, Таг?

Эндерби не ответил, только запел еще громче. И проехал мимо, не обращая внимания на сердитый взгляд, брошенный ему в спину.

Его не волновали такие вещи, потому что он был счастливым от рождения. Любил друзей и радовался врагам. А мир находил до того хорошим, что его не стоит изменять, – вряд ли увидишь что-нибудь более совершенное даже во сне.

Наконец плотные ряды деревьев расступились, и перед его взором открылась огромная поляна с хижиной в центре. На зеленой траве паслись лошади – прекрасные тонконогие животные с длинными шеями, свидетельствовавшими об их размашистом беге.

Подъехав к самым дверям хижины, Таг спрыгнул на землю и выпрямился. Он был шести футов ростом, стройный и крепкий, легкий в седле. Снял седло, сбросил уздечку и повернулся к человеку, стоявшему на пороге.

– Где ты был? – спросил тот.

– Так, гулял, – ответил Эндерби.

– А где же твой конь?

– Фараон…[1]

– А одежда?

– Фараон…

– Ну а деньги… они-то куда подевались?

– Фараон…

– Н-да, фараон, – вздохнул человек на пороге. – Когда-нибудь сам станешь фараоном… Наверное, ты голоден?

– Да, – признался Таг. – Поел бы. Сооруди парочку оленьих стейков. Не важно, тонко ли ты их нарежешь. Пока будут готовиться, с удовольствием перехвачу жареной форели или цыплят, чтобы заморить червячка. И подай мне три галлона кофе. Для начала. А когда стяну с себя эту мерзкую одежду, подумаю, чего бы я действительно хотел съесть.

Он вошел в хижину и, бросив седло со сбруей, направился к печи. На ней стоял и пыхтел большой чугунный котелок с бобами. Перец и томаты окрасили блюдо в аппетитный красный цвет. Больше никакой пищи видно не было, если не считать огромного кофейника на два галлона, выпускающего пар.

– О, именно об этом я мечтал! – воскликнул Эндерби. – Бобы! Просто прекрасно!

Он налил в чашку пинту кофе и тут же его выпил, затем наложил полную миску бобов, оторвал от подвешенной высохшей кукурузной лепешки хороший кусок и принялся за еду, умудряясь даже с набитым ртом что-то мурлыкать.

Мужчина, стоявший на пороге, тоже вошел в хижину, сел в углу и, положив руки на колени, уставился на Тага.

Когда-то этот человек, от которого остались одни руины, был значительной личностью. Теперь же кожа на его лице свисала складками, а живот громоздился над ремнем, с трудом поддерживающим спадающие брюки. Две верхние пуговицы на них оставались расстегнутыми. Лоснящиеся черные усы, прикрывающие уголки губ, казались не вытертыми от только что выпитой воды, брови, такие же черные, топорщились в разные стороны, а вот волосы… Волосы были белыми как снег. В глазах этого человека не светилось ни малейшей искорки юмора. Губы сложились в кислую улыбку, а усталый взгляд был устремлен в одну точку.

– Значит, опять погулял, – наконец произнес он.

Таг, не переставая жевать, сделал гримасу набитым ртом.

– Ага. – В его глазах зияли пустота и блаженство.

– Надули, как всегда?

– Почти всегда, – уточнил парень.

– Теперь понадобится новая лошадь, новые деньги и все остальное, не так ли?

– Да.

– Когда-нибудь ты попадешь в ад.

– Конечно, Дэн, – не стал спорить Таг, вновь набивая рот, сначала бобами, затем – хлебом. Его щеки раздулись.

Дэн Мэлли посмотрел на него с некоторым любопытством, как мальчик на змею.

– Не будь ты Тагом Эндерби, я бы вышвырнул тебя отсюда, – вздохнул он.

Парень шумно глотнул кофе, не проронив ни слова.

– Черт бы тебя побрал! – продолжал ворчать Мэлли. – У тебя что, луженая глотка, пить такой кипяток?…

Таг молча сделал очередной глоток. Затем снова наполнил рот бобами и лепешками.

– Кто же тебя обчистил? – поинтересовался Мэлли.

– Фараон, – с трудом проговорил Эндерби.

– Это я слышал тысячу раз. А где играли?

– У Си Дамфи.

– Ты был там? Ну и дурак! Неужели не знаешь, что Дамфи жулик?

– Знаю, – подтвердил молодой человек.

Но глаза его оставались пустыми, лишь с легким оттенком удовольствия, как у коровы, жующей жвачку.

– А ты все равно туда отправился?

– Да.

– Ну и дурак! – заключил Мэлли.

Таг запил еду кофе и прочистил горло.

– Ты говорил… – вежливо начал он.

– Я старше тебя. У меня есть право поучать, – торопливо оборвал его Дэн.

– Да, конечно же есть. – В глазах Тага блеснул огонек.

Подойдя к печи, он снова наполнил миску бобами – первая порция уже исчезла.

– Ничего себе! – прокомментировал Мэлли. – У тебя не живот, а бездонная бочка.

– В некотором роде.

Таг налил новую пинту бурлящего кофе.

– Сдаюсь! – вздохнул Дэн.

Парень промолчал, продолжая равномерно заглатывать пищу.

Мэлли положил ладонь себе на живот. Выражение его лица стало грустным.

– Между прочим, бобы с луком, – мрачно сообщил он.

– Да, – кивнул Таг, – именно поэтому я их так люблю. – И снова набил рот.

– Неужели у тебя никогда не было несварения?

– Чего? – удивился молодой человек.

– Расстройства… Болей в животе… Когда просыпаешься ночью и корчишься от боли.

– Угу! – усмехнулся Таг.

– Действительно никогда не было несварения? – наклонившись вперед, еще раз спросил Мэлли, с почти яростным вызовом в голосе.

– Угу! – ответил Таг.

Дэн обреченно откинулся назад.

– Да, ты молод, – объявил он, не скрывая отвращения.

– Угу!

– Когда-то я тоже был молодым.

– Угу!

– В твоем возрасте я мог есть сыромятную кожу, – похвалился Мэлли.

– Угу!

– Перестань отвечать как индеец! – не выдержал Дэн. – У тебя что, нет языка?

– Угу.

Таг покончил со второй миской и посмотрел на чугунный котел, но, видимо решив остановиться, налил новую чашку кофе, скрутил цигарку и, откинувшись назад, прислонился к стене. Закрыв глаза, с наслаждением затянулся.

– Уезжая, ты взял с собой двадцать пять сотен, – напомнил Мэлли.

– Угу.

– Так что же произошло, не считая фараона, о котором ты так много говорил? – полюбопытствовал Дэн.

– Устроил вечеринку с Джессом Калвером и его приятелями в Такервилле. Она продолжалась два дня. И все равно у меня оставалась еще сотня.

– Да, ты становишься экономным, тратишь лишь тысячу в день. Сколько же надо было выпить? Наверное, ребята неплохо тебя обработали?

– Потом я пару дней играл в покер, и…

– Что?

– Попал в Уилсон-Сити. Он показался мне слишком сонным, пришлось его немного расшевелить. Правда, к тому времени мои финансы пошли на убыль, поэтому пришлось немного поиграть в кости. Зато у меня появилось второе дыхание, а Уилсон-Сити получил встряску еще на три дня. После чего я заскочил к Джеймсу Кроссингу, но потерпел кораблекрушение в заведении Си Дамфи. И вот вернулся с протянутой рукой.

– У тебя осталось только девять или десять тысяч, – подсказал Мэлли. – Неужели ты такой дурак, что хочешь все промотать?

– Я ничего не хочу промотать, – отрезал Таг. – Я собираюсь поспать.

– Когда же ты спал последний раз?

– Не помню.

Молодой человек подошел к койке, стянул одеяло, завернулся в него, упал на жесткие доски пола, закрыл глаза и уснул в мгновение ока.

Дэн подошел к нему, пихнул в бок носком сапога и сказал:

– Послушай!

Тело слегка пошевелилось, но глаза остались закрытыми. Мэлли вернулся в угол и, покачивая головой, принялся сворачивать цигарку.


Фараон – карточная игра. (Здесь и далее примеч. перев.)